Ледяной трон  - Татьяна Осинская

— Еще тринадцать секунд, и стены от копоти будешь отмывать сам, — раздался над головой голос трила Лаеля.

— Ой-е, — я поспешно выключила горелку. — Простите, задумался.

— Привычка думать — хорошее качество, полезное. Но еще лучше, когда оно идет в комплекте с внимательностью.

— Понял, исправлюсь!

— Я даже не сомневался. А пока останавливай процесс, и пойдем в кабинет. Выдам тебе артефакты.

Все охранные предметы представляли собой украшения. В первую очередь я надела широкий браслет, состоящий из переплетения тонких металлических нитей. Он был совершенно мужским по оформлению и узору и в случае опасности мог активировать вокруг меня вполне осязаемый купол, способный задержать как кинжал, так и пущенный арбалетный болт. Постороннюю магию он также блокировал, что могло создать определенные сложности при лечении. Оставалось надеяться, что до этого не дойдет.

Следом я получила массивное кольцо, с помощью которого могла определить яды в еде и питье. Судя по взгляду архимага, он догадывался, что мне подобный артефакт без надобности, но приказ есть приказ. Также на меня повесили тонкую цепочку с маячком. Не очень приятно, когда о твоем местоположении всем известно, но спорить было бессмысленно. Оставалось найти в этом положительные стороны.

Когда мы закончили с «украшениями», я завела разговор об уровне защиты жилых комнат и гостевых покоев.

— Как только ты поворачиваешь ключ в замке — защитный контур закрывается, и попасть внутрь без приглашения никто не может, — пояснил архимаг. — Так что не волнуйся, Мелочь. Пока заговорщики будут взламывать твою дверь, успеет набежать охрана.

Трил Лаель рассмеялся собственной шутке, и я решила воспользоваться моментом и попросить дополнительный артефакт, который помог бы мне усилить защиту покоев. Учитель задумался ненадолго, а затем достал из своего стола небольшой прозрачный камушек.

— Это моя личная разработка, пока секретная, — он заговорщицки понизил голос. — Поместишь в кристалл нужное тебе заклинание, и его мощность увеличится в разы. Помимо этого при нарушении контура начнется проекционная запись, которую затем можно будет просмотреть. Ты ведь этого хотел?

— Да, трил Лаель, — кивнула я смущенно. — И… вы можете не отвечать на мой вопрос, но я не могу не спросить. Вы мастер Времени?

— Откуда такие выводы? — наигранно удивился маг, между тем начиная щелкать пальцами.

— Есть вещи, о которых вы никак не могли знать, но знаете. И ваши слова… Мне тяжело правильно сформулировать, но намеки и размышления натолкнули меня на это предположение.

— Вот что мне нравится в тебе, Мелочь, так это умение думать и делать выводы. Хоть и не всегда верные, но все приходит с опытом. Что же касается моего дара, то да, девочка, ты права. Я действительно вижу будущее. Не так четко, как… один мой хороший друг, но все же. И, надеюсь, ты сохранишь это знание в тайне.

— Конечно, учитель. Могу я идти?

— Ступай, только не в лабораторию, а в малый тренировочный зал. Там тебя уже ждут.

— Спасибо, — поблагодарила я и покинула кабинет.

В поисках нужного помещения я гадала, кто из двух внезапно приобретенных наставников решил первым провести занятие. Я очень надеялась, что это будет Мирайя. Тренировка ментальных способностей была мне необходима, поэтому любая добровольная помощь расценивалась как подарок Лихар!

Южанку я застала за странным занятием. Она лежала на полу, раскинув руки и ноги в стороны, и, кажется, дремала. Нерешительно потоптавшись на месте, я все же решила приблизиться и разбудить ее. Вот только стоило сократить расстояние до трех шагов, как я наткнулась на невидимую, но осязаемую стену. Чем-то она напоминала купол, что был спрятан в моем новом браслете.

— Трэтя ступэн мэнталной магии — умэниэ работат с нэживой матэрией. Благодаря силэ воли ты можэш уплотнят прэдмэты или жэ, наоборот, прэвращат их в газ.

— Но как?

— Влияниэ на молэкулы. Учится этому долго и трудно, но эсли осилиш, сможэш проходит дажэ сквоз камэнный монолит.

— Никогда о таком не слышала, — честно призналась я, подходя к южанке и устраиваясь рядом. — Отец умеет многое, но о таком я слышу впервые.

— Ваши мэнталисты, уж прости, слишком слабыэ. Вашэ вмэшателство в сознаниэ живых сущэств грубоэ, насилноэ. С нэживым вы и вовсэ отказываэтэс работат, исползуя дар лиш в крайнэм случаэ. Южанэ прэдпочитают считат этот дар искусством. Думаэш, ходит в огнэ нам позволяэт только изначальная стихия? Ошибаэшся, Кай. И я покажу тэбэ, насколко. Но это будэт позжэ, гораздо позжэ. А пока мы начнэм с пэрвой ступэни — иллюзий.

Мирайю по праву можно было назвать потрясающим учителем. Объясняла она превосходно: где-то показывая все на примере, где-то позволяя смотреть «ее глазами», пуская к себе в голову. За несколько часов я узнала столько нового, о чем не упоминалось ни в одном учебнике! Чем больше я слушала, тем больше мне хотелось знать. Южанка лишь посмеивалась надо мной, но нагружать не спешила.

— Пэрэнапряжешся — и тогда с трэнировками придэтся поврэмэнит. Лучшэ заниматся понэмногу, но часто. Так что на сэгодня хватит, а завтра буду ждат тебя послэ обэда. Кстати, потом сюда жэ будэт приходит Ларэн.

От упоминания этого имени я поморщилась, не сумев вовремя справиться с эмоциями, что не осталось незамеченным.

— И чэм тэбэ нэ угодил этот милый малчик?

— Просто ты с ним плохо знакома, — отмахнулась я.

— Расскажи, — Айя была не намерена так просто меня отпускать.

— Да нечего особо рассказывать. Мы учимся в одной академии и частенько сталкивались. Видимо, не сошлись характерами.

— Да? А мнэ показалос, что вы с ним нэплохо ладитэ.

— Знаешь, здесь, во дворце, мне тоже вначале показалось, что наша вражда отошла на второй план. Но в том-то и дело, что только показалось.

— И почэму ты так думаешь?

— Произошел один инцидент…

И я открыла свои мысли, позволяя Айе увидеть все, что приключилось с прошлой ночи.

— Интэрэсно…

— Не то слово! Знаешь, если бы я знала его чуть хуже, то решила бы, что он ревнует.

От пришедшей в голову мысли я даже замерла.

— Дохлый ткур, неужели он действительно ревнует?! — Я удивленно посмотрела на Мирайю. — И в Приграничье, когда я выходила утром из твоей палатки, он очень странно на меня косился. И теперь… Айя, мне кажется, он испытывает к тебе чувства!

— Мне тожэ кажэтся, что он испытываэт чувства, — как-то странно хмыкнула южанка, но я уже не обратила на это внимание, осененная догадкой.

Значит, он решил, что я встречаюсь с Мирайей, и приревновал ее! Вот ведь… И не объяснишь, что между нами ничего нет. Он же тогда обязательно поинтересуется, что я делала в ее палатке. Был бы рядом Альдарин, он бы обязательно подсказал, как поступить… Если, конечно, он существовал в действительности.